Запорожская ДнепроГЭС
ДнепроГЭС или Днепровская гидроэлектростанция – это одна из самых старых гидроэлектростанций на Днепре. Эта достопримечательность известна в Запорожье так же хорошо, как известны в России тарифы Билайн. Однако сейчас никто не рвется поехать и полюбоваться этим огромным памятником советского времени. Да, при своих огромных габаритах, мощность ДнепроГЭСа не превышает 650 МВт и поэтому в наше время она как-то теряется среди остальных «гидрогигантов».
И все же, история строительства этой гидроэлектростанции стоит того, чтобы ее узнать. Очень много мифов и легенд связано только с проектом Днепргэса, некоторые утверждают, что самый первый проект строительства этой гидроэлектростанции побывал на столе у самого Николая ІІ, но императору он не понравился. Царь не дал ход проекту ввиду того, что при строительстве плотины пришлось бы затопить небольшое количество земель, на которых, конечно, стояли церкви, а это на Руси испокон веков считалось кощунством. Поэтому проект инженера Генриха Графтио так и остался нетронутым в те года.
В 1929 году Глеб Кржижановский возглавил комиссию по разработке государственного плана электрификации России (ГОЭЛРО). Этот план был рассчитан на временной промежуток от 10 до 15 лет, и в нем предусматривалось строительство тридцати электростанций, которые вырабатывали бы мощность в 1,75 миллиона КВт. Если во времена Николая ІІ строительство было запрещено, то в 1929 году, его уже разрешили, хотя в этом году уже предусматривалось более масштабное строительство гидроэлектростанции, которую теперь мы можем видеть воочию, и это строительство подразумевало намного больший ущерб не только парочке церквей и кладбищам, а также и некоторым поселкам и полям.
Вопрос о строительстве этой станции решался на созванном заседании политбюро ВКП в 1927 году. Говорят, что споры длились несколько часов и в конце долгого заседания Сталин подвел итог, гидроэлектростанцию решили строить своими силами – без помощи иностранных фирм, и, что интересно, на тот момент уже никто не задумывался о последующем затоплении такой большой площади полей.
Но это все рассказы и легенды, а на самом деле никто не знает, о чем шли споры и почему, после строительства плотины, на ней были установлены американские турбины. Об этом история умалчивает. Но, как выясняется позже, оказывается, что все это время великие умы спорили о том, какой следует принять проект. В одном из них было сказано, что нужно строить три плотины, для того чтобы не затопить большое количество земли (это был проект Генриха Графтио), но второй проект предусматривал возведение ДнепроГЭСа, который предложил ученик Графтио – И. Александров, которому и отдал предпочтение Сталин.
На самом деле, проект Генриха Графтио был намного дешевле и три станции подразумевали большее количество выработки электроэнергии, чем одна. Но только в наше время, когда появились прямые номера Билайн, мы смогли это понять и даже предположить о том, что проект постройки гидроэлектростанции был выбран вождем не из соображений лучшей экономичности, а для того чтобы показать нерушимость и мощь Советского Союза. Ведь плотина строилась не только из соображений удобства, а так же предусматривался ее внешний вид. Да что там говорить, Сталин лично следил за проектом и давал указания о том, как должна выглядеть ДнепроГЭС снаружи. Не зря ведь фасад станции облицован рустованным камнем, а на брошюрах написано, что эта станция является шедевром архитектуры, и что архитектором этого, так называемого, шедевра являлся основоположник советского конструктивизма Виктор Веснин.
В 1927 году строители впервые прибыли в Запорожье. И уже через неделю на правобережной скале Любви появилось ярко-красное полотно, на котором красовалась надпись «Днепрострой начат!».
Александр Винтер сразу занялся бытовыми вопросами, по его распоряжению была построена общественная столовая, которая находилась на правом берегу. Рассчитана она была на восемь тысяч обедов в день, а оборудование было закуплено в Германии. Кроме того, на правом берегу Днепра было построено пять поселков для строителей, которые были готовы к проживанию уже в 1928 году. Всего было возведено 658 домов, общежитий и бараков. Помимо всего прочего, в поселках имелась амбулатория, школа, детсад, фильтрационная и пожарная станции и многое другое. У Александра Винтера не было семьи. Это был человек с прямолинейным и резким характером. Он всегда ходил в высоких сапогах, проверял все собственноручно и мог закатить скандал из-за малейшего пустяка. От местного исполкома он потребовал ввести запрет на продажу водки. Но когда рабочие начали ездить за ней в окрестные села, Винтер незамедлительно отправил телеграмму правительству: ”Прошу запретить продажу водки во всем районе”.
Интересен тот факт, что к строительству ДнепроГЭСа заключенные не привлекались, но жизнь строителей этой электростанции мало чем отличалась от жизни заключенного. Никто из строителей не имел права отказаться от работы и уехать в другой город, и поэтому людям приходилось переезжать на постоянное местожительство вместе со своими семьями. Но если из 13 тысяч человек, работавших в ноябре 1927 года, еще были жилищно-бытовые условия, то в октябре 1931 года количество рабочих увеличилось до 43 тысяч человек, а в 1932 году уже было 63 тысячи строителей. Эта статистика приведена без учета их семей. Условия жизни были сведены к минимуму и были поистине ужасающими. Об условиях труда и не стоит упоминать, и так всем понятно, что они были не просто тяжелыми, а ужасно тяжелыми и изнуряющими. Даже в наши дни, спустя столько лет, сквозь бетонные стены ГЭСа просачивается лишь один стакан воды. Разве это не доказательство высочайшего качества бетона и работы?
К сожалению, в наши дни даже при наличии высоких технологий, роботов и автоматов, машин и других современных подручных средств, качество построек, возведенных сегодня, никак не сравнится с качеством строительства советских времен. Несмотря на все тяготы и невзгоды, тяжелейшие условия и отсутствие технических средств, работники всех строительных проектов смогли создать поистине высокопрочные, сейсмостойкие и надежные сооружения, которые прослужат еще не один десяток лет.
